Нефтяной удар по Людвигсхафену: как цены на баррель сотрясают Германию

Немецкий бизнес вновь обращает взоры не на Берлин, а на карту Ближнего Востока. Там, у побережья Ирана, пролегает морской коридор — всего лишь узкая полоса воды между Ираном и Оманом, от которой внезапно могут зависеть цены, рабочие места и будущее целых заводов. Через этот пролив транспортируются нефть, газ, топливо, химическое сырье и комплектующие, без которых невозможно функционирование современной промышленности.

Ормуз — это не просто точка на карте. Это выключатель, от которого зависит слишком многое. Если его заденет война или блокада — свет начнет мерцать далеко за пределами Ближнего Востока. В Германии это ощутят заводы, перевозчики, авиакомпании, производители пластика, удобрений, лекарств, упаковки и повседневных товаров, которые люди покупают каждый день.

Глава BASF Маркус Камиет предупреждает: если кризис вокруг пролива затянется, мир может столкнуться с новым нефтяным шоком. До сих пор компании выручали накопленные резервы, контракты и запас прочности. Но все это не вечно. Когда подушка безопасности иссякнет, тревожные новости из региона превратятся в реальные издержки — сначала для бизнеса, а затем и для потребителей.

Цена узкого прохода

Через Ормузский пролив обычно проходит примерно пятая часть мировых нефтяных потоков. Однако вместе с нефтью этим маршрутом транспортируются сжиженный природный газ, топливо, нефтепродукты, сырьё для химической промышленности и специальные компоненты. Сбой в проливе наносит удар не по одному рынку, а по всей производственной цепочке.

Для химической отрасли это особенно опасно: ей необходимы нефть, нафта, полуфабрикаты, реагенты и бесперебойная логистика. Один разрыв — и затраты растут, сроки срываются, возникает вопрос об остановке производства.

Рынок уже получил тревожный сигнал. После начала конфликта с участием Ирана нефть резко подорожала, Brent в начале июня держалась на уровне около 90 долларов. Затем цены немного снизились на фоне надежд на перемирие между Ираном и Израилем. Но это лишь затишье, которое может нарушить любое новое обострение.

Символ силы превратился в символ тревоги

Для BASF новый энергетический риск накладывается на старые трудности. На концерн уже давят дорогая энергия, экологические издержки, слабый спрос, переизбыток базовой химии и конкуренция со стороны Китая. Особенно остро это ощущается в Людвигсхафене — на главной производственной площадке BASF. Когда-то она была символом промышленной мощи Германии. Сегодня она демонстрирует её главную проблему: люди, технологии и опыт есть, но себестоимость всё чаще делает производство бессмысленным. Камиет говорит, возможно, о самом сложном периоде для отрасли за последние 25 лет. И это не просто спад, а перелом. Немецкая химическая промышленность обеспечивает практически всё — от автопрома до лекарств и упаковки. Если она дорожает, дорожает вся цепочка. А если производить в Европе невыгодно, заводы не исчезают. Они уходят туда, где дешевле.

Экономия без иллюзий

BASF выбирает режим жесткой экономии. Концерн будет резко сокращать постоянные расходы в основном бизнесе. В переводе с корпоративного языка это означает: меньше затрат, меньше сложности, меньше персонала. Для компании это не разовая мера, а продолжение масштабной реструктуризации. BASF давно урезает издержки и заново оценивает, что ещё можно производить в Германии, а что уже проигрывает по себестоимости.

Камиет не оставляет пространства и для энергетических иллюзий. Германия и Европа не смогут стать дешевыми газовыми хабами, если сами практически не добывают газ и при этом настаивают на дорогостоящих климатических нормах. Промышленность и «зеленый» переход возможны, но лишь при условии честного обсуждения стоимости энергии. Nord Stream, по его мнению, тоже не является панацеей. Даже его возобновление не избавит Европу от зависимости от рынка СПГ. Старой трубой прежнюю эпоху не вернуть.

Преобразование или сжатие?

Газ пугает BASF меньше, чем нефть. При резком росте цен на газ Китай может активнее применять уголь и сократить потребность в СПГ. Это даст рынку кратковременную передышку. С нефтью ситуация сложнее: она обеспечивает транспорт, топливо, сырье для химической промышленности и логистику. Если Ормузский пролив продолжит создавать проблемы, удар быстро распространится на всю экономику. Для Германии это неприятное повторение уже знакомого сценария: пандемия, сбои в поставках, война в Украине, газовый кризис, инфляция, высокие ставки, слабый спрос — и снова Ближний Восток. По отдельности эти кризисы можно было бы пережить. Вместе же они превращают промышленность в систему постоянного тушения пожаров.

Политики называют это трансформацией. Заводы же чаще видят сокращения. Для инвестиций необходимы дешевая энергия, стабильные правила и заказы. Когда этого нет, бизнес не строит планы на будущее — он урезает расходы.

Дорогая развилка

Камиет не прощается с европейской химической промышленностью. Он полагает, что она сохранит своё влияние, но станет иной: более компактной, точной, высокотехнологичной, с акцентом на дорогостоящую специализированную продукцию. Массовая химия, требующая больших энергозатрат, всё чаще будет искать новые площадки за пределами Европы.

Ормуз напомнил Германии неприятную истину: промышленная мощь зависит не только от заводов и инженеров. Порой один узкий пролив у берегов Ирана способен заставить тревожиться целый Людвигсхафен. Теперь Берлину нужно дать честный ответ: как совместить промышленность, климатические цели и стоимость энергии так, чтобы заводы не превратились в музей немецкого прошлого?

Что говорят в Германии:

Германия — Макароны для похудения. Почему надписи protein, glutenfrei и low carb ещё не делают модные спагетти полезным ужином

Германия — Автобан заклеили до сотни. Там, где страна обычно встречает водителей обещанием свободной скорости, внезапно появилась куда более строгая цифра

Германия — Кулак вместо аргумента. Новый рекорд преступности на почве идеологии показывает, как быстро спор превращается в травлю и запугивание

Германия — Минимальный доход, максимальные последствия. Новая поправка позволит снова вернуться в систему социальной защиты

Германия — Вакцина на опережение. Британские учёные испытали препарат, нацеленный не на один вирус, а на целое «семейство» возбудителей

Германия — Супермаркет давит на слабость. Как очередь на кассе превращает ожидание в психологическое давление, а усталость — в импульсивную покупку

Германия — Один пишем — семь в уме. Немецкие депутаты получают пенсионные права по схеме, о которой рядовые работники могут только мечтать

Германия — Пенсия в последнем вагоне. Почему программа Riester после 50 лет может стать не спасением, а дорогостоящей ловушкой

Германия — Бомба размером с мяч. В Баварии подростка подозревают в подготовке опасного преступления против государства

Германия — Лекарства всплыли в канализации. Новая экологическая директива ЕС способна изменить как тарифы на воду, так и рынок недорогих медикаментов

Германия — Перцовый баллончик против фитнеса. Ссора бывших партнёров привела к 15 пострадавшим

Германия — Тофу ушёл в подполье. Немецкие покупатели сметают с полок продукт, который ещё недавно считался едой «не для всех»